22 июня 1941 года, мой прадед Донат Станиславович Ромуль, собрался вместе со своими учениками идти в соседние село с концертом. В то время, прадеду было 18 лет, он работал учителем в начальной школе деревни «Счастливая» колхоза «Веселая горка» (Ачинский район, Красноярского края).
В этот же исполнитель, дежуривший в сельсовете, привёз мужчинам повестки на мобилизацию. В деревне не было радио, поэтому никто из «счастливцев» не знал, что ещё в 4 часа утра Германия напала на Советский Союз. Деревенским мужикам надо было явиться в военкомат уже в 6 часов утра следующего дня. Начались скорые сборы на войну, женщины плакали…. К вечеру мужчин уже не было. Скоро и сам прадед получил повестку, но на войну его не взяли, потому что в школе некому было бы учить детей. Днем молодой учитель вел уроки в две смены, а вечером работал до темноты на полях. Почти всех мужчин трудоспособного возраста уже забрали на фронт, и жать хлеб было некому.
А в декабре 1941 года приняли в школу учительницу и прадеда забрали в армию. Правда, на фронт он попал не сразу, молодого солдата направили в Барнаул в саперную школу. Днем - учеба, затем - ужин, час отдыха, а с восьми вечера до двух часов ночи работали на сооружении военного завода, эвакуированного из Москвы. Они затаскивали в цеха станки, их тут же устанавливали, и хотя были сооружены только стены, станки тут же запускали и начинали работать. В два часа ночи приходили в казарму и падали в кровати от усталости, а в 7.30 утра - снова подъем. С апреля 1942 года прадед работал в подсобном хозяйстве батальона. В июле 1942 года его с другими солдатами отобрали для учебы в Красноярскую полковую школу, занимавшуюся подготовкой младших командиров сержантского и старшего состава. Получив военную специальность связиста, до февраля 1944 года прадед обслуживал батальоны связи. Не знал тогда мой прадед, что судьба уготовила ему более важную участь - участь разведчика. Случайная встреча с преподавателем физкультуры и военного дела в Ачинском педагогическом училище, в котором прадед учился, круто изменила всю его дальнейшую жизнь. Искали бойцов, владеющие несколькими языками. Бывший учитель набирал отряд разведчиков для десантов в тыл врага. Он знал, что прадед по национальности латгалец, учился на латгальском отделение, а знание языка для будущих разведчиков было как нельзя, кстати, так как линия фронта приближалась к границам Белоруссии и Латвии.
В феврале 1944 года прадеда, уже работавшего помощником начальника учебной части полка, вызвали на собеседование в комендатуру «Смерша» (смерть шпионам). После чего он был принят в разведшколу. Мой прадед вспоминал « В течение 3-х месяцев учили нас прыгать с парашютом, ориентироваться на незнакомой местности, воевать в тылу врага. Весной 44-года разведотряд сбросили самолета в белорусские болота в районе Гомельской области (город Рогачев). Нас почти сразу же, едва только переправились через приток Днепра - Друть, обнаружили немцы. Когда мы услышали лай немецких овчарок ,то бросились бежать. Старший отряда капитан Дерябин скомандовал всем прыгать в болото, а один боец должен был бежать дальше, чтоб запутать следы. Потом он тоже прыгнул воду. Затаившись, мы долго пробыли под водой. Дышали через заранее припасенные специальные трубки. Хочешь жить - задышишь и под водой. Мы слышали, как немцы переговаривались между собой, они потеряли наш след. Когда немцы, наконец, ушли, мы вылезли на бегег».
Выйдя на связь, разведчики получили задание затеряться среди местного населения. Для полицаев у прадеда были документы (пропуск) на имя Петерса Дзябла, латыш - стекольщик, который освободился из тюрьмы и подкалымливал тем, что вставлял стекла. Для большей наглядности и достоверности версии были у прадеда якобы тюремные наколки (татуировки), которые в мирное время напоминали прадеду о войне.
У моего прадеда вместе со Степаном Савельковым, который отлично знал немецкий язык, была задача - подключиться к немецкой линии связи. Степан должен был слушать разговоры, переводить и передавать сведения о том, в каких направлениях движется враг, какие части и т.д.
Подключаться к проводам на столбах было опасно, поскольку частенько ходили полицаи с проверкой, поэтому чаще всего разведчики брали фонари и ночью на земле или в болоте, где не так заметна линия связи, подключались к ней. Главное было - не замкнуть линию. Выполнив поставленную командованием задачу, отряд должен был возвращаться к своим и перейти через линию фронта. Через болота разведчиков повёл провожатый из партизанского отряда. Идти надо было на расстоянии 10-ти метров друг от друга, след в след, чуть отступишься - и угодишь в самую топь. Однако замыкающего бойца разведчики потеряли. Оглянулись, а по воде только круги идут и жердь торчит.
Пробираясь к линии фронта, разведчики наткнулись на белорусскую деревню, от которой остались одни печные трубы, а из жителей - только старушка с двумя внучатами. Изможденные, голодные, грязные, они обитали в чудом сохранившемся погребе. Возвращаясь с задания, разведчики нарвались на мину. Подорвался на ней и мой прадед. Осколок пробил шабур (одежда белорусских крестьян) и застрял в рубашке. Прадед спасся, но получил серьезный ожог и был госпитализирован сначала в Москву, а затем в Красноярск, где встретил 9 мая 1945 года. В это время он служил в охранном взводе в том же полку. Прадед был в семье самый младший, судьба уберегла на войне от смерти, а двое старших братьев - Бронислав и Станислав на всегда остались в чужой земле...
Демобилизовался он в октябре сорок пятого, уехал на родину, в Кемеровскую область, устроился учителем физкультуры в Прокопьевске ремесленное училище. Уже через год прадед женился на моей прабабушке, Елизавете Павловне, и вскоре они переехали на её родину в Зырянский район. Вся жизнь Доната Станиславовича была связанна с образованием. Работал учителем физкультуры в Зырянской средней школе, заведующим районным методическим кабинетом, инспектором школ. А ещё он был влюблен в песню, не расставался с любимыми музыкальными инструментами баяном и балалайкой.
Мой прадед, Ромуль Донат Станиславович, умер в 2014 году, в 93 года. В нашей семье его любили, уважали, часто советовались с ним. А я больше всего любил сказки, которые он сам сочинял и мы всегда будем помнить о нём.
Правнук Стародубцев Никита
Добавить комментарий